Николай Велигоцкий. Посвящение Учителю

11 июля 2018, 07:10
 

Когда на недавно прошедшей сессии Харьковского горсовета утверждали имена Почетных граждан Харькова 2018 года и первым из уст нашего мэра прозвучало имя хирурга Николая Велигоцкого, а далее стал перечисляться список его заслуг, из зала раздались голоса: «Да мы его хорошо знаем!» На этом обсуждение было закончено. Николая Николаевича действительно все прекрасно знают! . Особенно те, кто попал в число его учеников, друзьей, коллег или в качестве пациентов к доктору…

Николай Николаевич Велигоцкий — заведующий кафедрой торакоабдоминальной хирургии Харьковской медицинской академии последипломного образования, заслуженный деятель науки и техники Украины, лауреат Государственной премии Украины, академик Украинской академии наук национального прогресса и Инженерной академии Украины. Круг его интересов довольно широк: органосохраняющие методы хирургического лечения осложненной язвенной болезни, методы иссечения кровоточащих язв, дуоденопластика; хирургия пищевода, разработка методов эзофагогастропластики; хирургия поджелудочной железы, совершенствование методов панкреатодуоденальной резекции, хирургия хронического панкреатита; видеолапароскопические методы лечения гастроэзофагеальной рефлюксной болезни, хиатальных грыж, ахалазии пищевода, желчекаменной болезни и др.
Зная достижения профессора, коих значительно больше, чем здесь перечислено, его уже поздравили коллеги, друзья, редакция «Харьковских известий», конечно, но читателей наверняка интересуют такие вопросы, ответы на которые не услышишь с высокой трибуны, в лечебном учреждении — не до того! — разве что в частной беседе, в интервью, например…
— Николай Николаевич, — обращаюсь к доктору, — мы часто слышим словосочетание «хирургическая школа», объясните, пожалуйста, что значит сие понятие?
— На мой взгляд, это понятие, включающее начальную профессиональную подготовку молодого хирурга, освоение им классических практических навыков в выполнении основных технических приемов, без знания которых и умения их выполнять невозможно ни одно хирургическое вмешательство. При этом уровень «школьной» подготовки молодого хирурга должен быть максимально высоким, большинство хирургических приемов должно выполняться автоматически-рефлекторно, то есть должны быть выработаны устойчивые рефлексы на выполнение основных практических навыков и хирургических действий. Другое понятие хирургической «школы» заключается в формировании под руководством своего учителя, как правило, известного и уважаемого профессора-хирурга, коллектива учеников‑единомышленников, впитавших от него все лучшее, в том числе не только хирургическую технику, но и сам стиль работы. Так вот с удовольствием сообщу вам, что этот год все хирурги Украины проводят, так сказать, под девизом памяти своего учителя Александра Алексеевича Шалимова. И не только памяти. Это своего рода дань человеку за то достояние, которое он сохранил для нас — большое число атласов, руководств, монографий, а также огромную школу подготовки хирургов Украины во всех областях. Практически в каждом городе Шалимов оставил наследие и в виде своих учеников: руководителей кафедр, клиник, хирургических отделений. Сейчас уже у многих из них свои школы, и все остаются верны памяти учителя — я в том числе, и гордятся тем, что являются последователями Шалимова, учениками и продолжателями кафедры, которую он организовал и руководил ею до последних дней перед переездом в Киев. Теперь на базе этой кафедры и в Харькове, и в Киеве организованы два головных института: Институт неотложной хирургии им. Зайцева у нас и Институт хирургии и трансплантологии им. Шалимова в Киеве. Он стал основателем современной хирургической школы в Украине! Его профессиональный путь становления и приобретения опыта как врача-ученого начинался в Харькове, за это время Шалимов стал одним самых известных и выдающихся хирургов Советского Союза, да и мира, можно сказать. В Харькове он защитил докторскую диссертацию, возглавил кафедру торакальной хирургии и анестезиологии, которая впоследствии была переименована в кафедру торакоабдоминальной хирургии. То наследие, которое доктор Шалимов оставил в Харькове, кафедра старается максимально сохранять и, если можно так выразиться, дополнять и развивать с применением современных технологий, хотя принципы основ хирургического мастерства, наработок, которые оставил Шалимов, во многом остаются первыми. Если бы хирурги, молодые ученики, освоили все то, что делал в свое время Александр Алексеевич, это помогло бы поднять на новый уровень их профессиональное мастерство, то есть новые технологии применять более успешно. Ибо какими бы ни были современные технологии с применением технических методов — эндоскопические, лапароскопические с применением различного рода энергоносителей для остановки кровотечения, рассечения и соединения тканей, — во многих случаях приходится переходить на обычную проверенную мануальную хирургию, которая и дает окончательный результат. В то же время все возможные осложнения, возникающие при применении современных методик или лапароскопических способов, приводят к так называемым конверсиям, то есть к переходу на мануальную хирургию.
— Доктор, в чем достоинство по-прежнему актуальной мануальной хирургии?
— Современная хирургия, безусловно, сложна и с каждым годом усложняется. В ней применяются многие технические новинки и достижения — от сшивающих аппаратов до эндоскопических и видеохирургических методов проведения операций. Но основой хирургии остается и будет оставаться мануальная хирургия, без которой невозможно освоение и применение самых современных технологий. Да и использование современных технических средств и видеохирургических систем невозможно без тренированных и чутких рук хирурга. Всем известен буквальный перевод значения слова «хирургия» — рукодействие (от греческих слов cheir — рука и erqon — действую). И вот эту базовую подготовку мануальной хирургии, которую Шалимов поставил на высочайший профессиональный уровень, сейчас обязан освоить каждый врач, работающий с новыми технологиями. Кстати, сейчас это является проблемой подготовки молодых специалистов‑хирургов, многие из них не имеют необходимой базовой подготовки. Накапливают эти как бы навыки в новых технологиях, а когда вопрос ставится о том, что необходимо применить классическую мануальную хирургию, то неподготовленный хирург может оказаться в такой ситуации, что лучше и не говорить…
— А что, Александр Алексеевич не очень поддерживал подобного рода новации?
— Он поддерживал лапароскопическую хирургию, ему не нравилось, когда хирург… Сейчас вы поймете, о чем я. «Самое безнравственное — браться за дело, которое не умеешь делать» — это ставшее классическим выражение Наполеона Бонапарта очень точно отражает нашу специальность, оно несет в себе не только смысловую и воспитательную нагрузки, но также моральную и юридическую ответственность. Александр Алексеевич требовал, чтобы ассистенты, которые ему помогали, были на его уровне понимания и качества выполнения операции, потому что сам привык работать четко, очень красиво, с пониманием дела. У него даже движения, различные подходы к разрезам были на высшем уровне, о таких говорят — высший пилотаж, и при отсутствии оных у других он откровенно выражал недовольство…
— Но ассистентов нужно еще воспитать…
— Конечно! Подготовка хирурга — сложный и длительный процесс. Здесь не должны применяться ускоренные методы, не должно быть поблажек на бытовую и деловую занятость, на забывчивость и тем более на незнание или неумение. Особенно опасны в этом деле излишние самомнение или амбиции. Каждый молодой хирург, прежде чем может быть допущен к самостоятельному выполнению того или иного оперативного вмешательства, обязан пройти хорошую и достаточную по времени школу ассистенции — видите, опять «школа» — под руководством опытного хирурга. Глупо звучат аргументы некоторых, уже поработавших самостоятельно хирургов о том, что он ассистировать не умеет, а может только оперировать. На самом деле выходит так: какой он был ассистент, такой из него получился и хирург! То есть какая школа заложена в подготовку каждого хирурга, такая хирургическая культура и сопровождает его в течение всей трудовой деятельности. Бывает так, что хирург даже с большим стажем работает кустарно, грязно, грубо. И как приятно видеть, когда молодой ассистент или уже самостоятельно работающий молодой хирург четко, чисто и красиво выполняет классические хирургические приемы.
— Николай Николаевич, подозреваю, что для оперирующего хирурга важен не только классный ассистент-врач, но и операционная медсестра.
— Вы правы. В хирургию приходят не обычные сестры, какие, допустим, присутствуют на амбулаторном приеме. Здесь сестры понимают, что их ждет более тяжелая в профессиональном, я бы даже сказал, высокопрофессиональном, смысле. В операционную они приходят раньше всех, всю операцию стоят у стола рядом с хирургами, а потом, когда вся бригада врачей уже уходит, остаются еще работать, потому что им нужно убрать весь инструментарий, и все это большое операционное хозяйство подготовить к следующему бою за чью-то жизнь — ни больше, ни меньше. Меня всегда удивляло то, как шаблонно подходят к оценке труда медицинских работников, особенно операционных сестер и сестер-анестезисток в нашем государстве — с одной стороны, и оплаты деятельности чиновников системы здравоохранения — с другой. Такого не должно быть! Потому что в руках операционной сестры находятся чрезвычайно опасные инструменты, растворы; сестра должны соблюдать идеальную стерильность, следить за септикой и антисептикой не только операционного поля, но и операционного стола в целом. Это очень серьезная работа, знаете, такой горячий медицинский цех, который нужно отдельно оценивать, в том числе и материально, то есть достойно оплачивать их труд. А у нас сейчас обделяют операционных медицинских сестер, в то время как они должны иметь особые привилегии и материальные блага. Хорошая операционная сестра — это дефицит. Должен сказать, что по образу и подобию поведения нашего учителя и мы строим наши взаимоотношения с младшим персоналом, и неудивительно, что многие его ученики продолжили дело своего Учителя. Знаете, что сказал о нем Амосов? «Запомните, Саша Шалимов — народное достояние. Берегите его!» 
— Ну Вы, Николай Николаевич, тоже величина не маленькая, научились у своего педагога всему, чему только можно было: и оперировать, и преподавать, и руководить, и зубы заговаривать: я ведь намеревалась о Вас, о Ваших достижениях выспросить, а получилось о вашем учителе.
— Так ведь вся моя работа, и достижения в том числе, от моего учителя начало берут! Так что все закономерно. А вот у нас еще в сентябре будет Всеукраинский съезд хирургов, посвященный 100‑летию со дня рождения Шалимова, и в Киев съедутся его ученики и последователи со всего мира, и харьковская делегация будет, конечно, так что будет о чем рассказать вам после.
— Ловлю на слове, профессор! И еще вопрос: почему из лечащих получаются неплохие пишущие? Говорят, и Вы грешите сочинением афоризмов в стиле не в бровь, а в глаз, например: граммы профилактики стоят тонн лечения; идеальный хирург тот, у которого руки растут из головы; чем больше я работаю, тем больше имею возможностей управлять своим отдыхом, но редко этим пользуюсь!
— Действительно, есть такое. А на вопрос быстро не отвечу, лучше вспомню несколько строк из стихотворения Учителя — Александра Алексеевича Шалимова:
Вот и пришел мой юбилей 
В закате зрелых лет, 
А я как славный Прометей 
Несу тепло и свет.
Прямым был мой нелегкий путь.
С полей, болот, тайги и гор 
Свернуть я в сторону не смог, 
Чтоб не угас костер, 
Чтоб жил ребенок и старик, 
Я весь в тревоге дня, 
Ведь совести моей родник
Из вечного огня.
 
Тамара Невская 

 

Подписаться на новости

Поиск по архиву:

Подраздел:
Материал:
ПнВтСрЧтПтСбВс

Выбрать по тегу