Харьковский актер замахнулся на Диснея

11 августа 2017, 07:04
 

Сезон в харьковском театре кукол завершился премьерой детского спектакля «Белоснежка и семь гномов».

Инсценировку легендарной сказки братьев Гримм сделала актриса театра Ирина Дубровская. И это далеко не первый спектакль, созданный в паре с режиссером-постановщиком театра, заслуженным артистом Украины Игорем Мирошниченко.
 
— Мы работаем в паре. Ирина пишет пьесу, а я ставлю спектакль, — улыбается актер и режиссер Харьковского академического государственного театра кукол им. В. А. Афанасьева Игорь Ми-
рошниченко.
 
Игорь Мирошниченко служит в театре 31 год, он пришел сюда актером сразу по окончании института. А теперь имеет квалификацию режиссера и ставит в родном театре собственные спектакли. «Белоснежка и семь гномов» — седьмая по счету его постановка.
 
— Мы 25 лет играли в театре «Белоснежку», но за эти годы спектакль морально и физически устарел. Между тем эта классическая сказка любима и детьми, и взрослыми, поэтому не хотелось убирать ее из репертуара. Мы решили сделать что-то новое — со свежей пьесой, новыми куклами и другими актерами, — рассказывает Игорь Мирошниченко. — Я хотел поставить спектакль о любви и свободе — мне кажется, это главное в жизни. Так появилась на сцене золотая клетка-дворец, из которой Белоснежка пытается сбежать. Лес — это символ свободы. И сила любви, которая воскрешает мертвых в буквальном смысле этого слова.
 
Спектакль напоминает мультфильм
 
В сказке удачно используется 2D и 3D-графика, так же как и в предыдущих постановках Игоря Мирошниченко — в «Тайне королевского сада» и «Снежной королеве».
 
— У нас получился триптих из трех спектаклей, где главных героинь играет одна и та же актриса — Юлия Шапранова. Она и принцесса Алена в «Тайне королевского сада», и Герда в «Снежной королеве», и вот теперь Белоснежка. Актриса прошла стадии разных характеров. Персонажи вроде бы похожи — влюбленные девушки, — но все разные. И нам в театре было интересно посмотреть, как одна актриса играет три разные роли в трех разных спектаклях, сделанных в одной манере. Конечно, спектакли отличаются — сюжетами, героями, средой обитания, — говорит постановщик.
 
Внимательный зритель сразу заметит, что спектакль напоминает полнометражный мультфильм «Белоснежка и семь гномов» студии Уолта Диснея. Узнаваемы костюмы героев — гномов, принца, королевы‑мачехи. Даже имена у гномов, как в мультфильме — Простак, Весельчак, Ворчун, Лентяй.
 
— Мы действительно задумывали спектакль в диснеевской манере. Изначально говорили с актерами, что хотелось бы попытаться плюнуть в ту же сторону, что и Дисней, — смеется Игорь Мирошниченко. — Может быть, Диснея нам не переплюнуть, но хотя бы приблизимся к мэтру. Я хотел сделать спектакль похожим на диснеевскую анимацию. Приступая к работе, ставил задачу — сделать практически мультфильм. Результат мне нравится: спектакль действительно смотрится как полнометражный мультфильм, хотя это театр. Мы помещаем наших безусловных кукол в формат кино, потому что куклы — это безусловная среда, хотя по сути они являются условностью. Но в сочетании с графикой получается живая безусловная природа на фоне мультипликационной среды, доведенной до абсурда. Здесь практически везде живая анимация. Практически все сцены живые, анимированные — шелестит лес, в пещере мерцают кристаллы, во дворце блестит зеркало. Мы пытались найти точки соприкосновения театра и мультипликационного кино. Хорошо это или нет — покажет время. Пока не знаю. Мы экспериментируем. Мне интересно попробовать соединить несоединимое — театр и кино, — рассказывает режиссер.
 
Режиссер отказался от декораций
 
Интересный пример соединения театра и кино в спектакле — когда королева‑мачеха готовит для Белоснежки отравленное яблочко. Плод растет и напитывается ядом на видеопроекции, и вдруг раз — и уже настоящее яблочко лежит в руке куклы. Оно перешло из визуальной проекции в физический твердый план.
 
— Мы попробовали поиграть в видеопроекции. Видимо, на этом и закончим. Это очень сложно делать — чисто технически. Театр как вид искусства сопротивляется такому большому количеству видео, хотя в драматическом театре уже давно используется видеопроекция. Мы попробовали соединить театр с кино: что-то получилось, что-то — нет. Я считаю, что театр должен оставаться театром — со своей аурой. Зритель ведь идет в театр, а не в кино. Я и раньше это понимал, но в «Белоснежке» хотел дойти до какой-то высокой точки применения современных технологий. Есть успешные примеры синтезирования, но это больше единичные случаи. Например, в Москве Евгений Миронов играет Гамлета — он один актер на сцене, все другие персонажи и декорации — видеопроекция. Даже бой с Лаэртом — это видео. Если мы и будем продолжать опыты с видеопроектором, наверное, это будут какие-то вкрапления в спектакле. Так мне представляется на данный момент. Не знаю, что будет через год-два? Может, мы вообще уйдем в 3D и будем выдавать зрителям 3D-очки, — фантазирует Игорь Мирошниченко.
 
Синтез кино и театра — сложный и неоднозначный процесс, а кроме того, это непросто еще и в техническом плане. Театр должен быть специально оборудован под видео-
проекторы по принципу кинозалов.
 
— У нас помещение не приспособлено, нет мощных проекторов. Театральный свет противоречит картинке — засвечивает экран. И таких технических моментов масса, их пока не удалось победить до конца. Учитываем уроки предыдущих спектаклей — пытаемся учиться на собственных ошибках и неудачах, — признается постановщик спектакля.
 
По его словам, технические новинки в какой-то степени не дают возможности актерам импровизировать. Видеопроекция привязана к музыкальным кускам, поэтому исполнителям нужно точно уложиться в определенное время.
 
— Основа спектакля — это драматургия, жизнь человеческого духа. Все по Станиславскому. Взаимоотношения между персонажами, создание образа — использование видеопроекции никак на это не влияет. Но влияет на исполнение роли в техническом плане. Нужны синхронные движения с видео, прямые попадания. Для того актеры и репетируют, чтобы довести движения до автоматизма, — смеется Игорь Мирошниченко.
 
Декораций в спектакле немного, 95–97 % декораций — это видео.
 
— Я от этого сознательно отказался. Вручную сделаны только кровать, дуб, раскалывающийся в пещере камень и часы. Зато в спектакле происходит мгновенная смена мест действия: был дворец — и уже дом гномов. Без видео мы бы потратили кучу времени на перестановку. Кроме того, нужно было бы строить огромное количество громоздких декораций. А с видео мы можем мгновенно менять место действия, и это главный плюс, — считает Игорь Мирошниченко.
 
Кто знал, что он такое сделает?
 
Куклы к спектаклю «Белоснежка и семь гномов» создал заслуженный деятель искусств Украины, художник из Днепра Виктор Никитин. Создавал с нуля — начиная с эскизов и заканчивая, как говорится, гвоздями. Не каждый художник способен сделать куклу от начала до конца — это редкий дар. К тому же куклы в «Белоснежке» весьма необычные. У гномов вращаются шеи, головы ходят отдельно от туловища в вертикальной и горизонтальной плоскости. Актеры театра кукол столкнулись с подобными куклами впервые.
 
— Я, честно, не знал, что он такое сделает. Сначала у меня был шок, но я доверяю Никитину — как человеку и как художнику. Понимаю, что плохо быть не должно. Если он такое придумал — значит, с этим можно работать. Никитин исходил из того, что гномы — это не люди, у них должна быть другая пластика. У людей — принца, Белоснежки, лесничего, королевы‑мачехи — обычная пластика. А гномы — сказочные персонажи. Поэтому он и сделал специальные прорези, чтобы у гномов ходили головы. Поначалу актерам было сложно освоить непривычную технику: они немножко помучились. Но когда поняли, как с этим жить, стали получать удовольствие, — делится Игорь Мирошниченко.
 
Это вторая работа режиссера с Виктором Никитиным. Семь лет назад художник создал персонажей для спектакля «Три поросенка», но тогда это были традиционные куклы.
 
— Он настоящий мастер и знаток своего дела. Знает материал и то, что актеру нужна легкая кукла, чтобы не уставала рука и не болела шея. Еще одна характерная черта Никитина — это надежность, — не нарадуется режиссер. — Несмотря на то что в куклах есть живущие отдельно друг от друга части, они достаточно крепкие. Специальный уход за ними не нужен.
 
Спектакль «Белоснежка и семь гномов» поставлен за рекордно малый срок — всего за полтора месяца.
 
— Для таких технически сложных спектаклей это очень мало. По‑хорошему нужно три–четыре месяца. Это связано с производством видео. Еще нет спектакля, а человек делает для нас видео. Мы все обсуждаем на пальцах. Потом приносится видео — мы начинаем смотреть и понимаем, что это не годится по каким-то критериям: не тот свет, звук, темпоритм, размер. Все переделывается — на это уходит несколько дней. Потому и сложно. Нужен хороший подготовительный период. С момента начала репетиций нужно, по идее, не меньше трех месяцев плотной работы. Если по-актерски мы справились достаточно быстро, то техническая сторона заняла много времени, — резюмирует Игорь Мирошниченко.
 
В сентябре театр кукол начнет новый сезон с «Белоснежки и семи гномов».
 
По материалам vecherniy. kharkov. ua.
Подписаться на новости

Поиск по архиву:

Подраздел:
Материал:
ПнВтСрЧтПтСбВс

Выбрать по тегу