Время «грантоедов» подходит к концу

17 мая 2017, 07:31
 

Начиная с 2014 года, в Украину вернулся «золотой век» международной помощи.
 
Однако неоднозначные сигналы украинской власти, в частности, медленный темп реформ, а иногда и откат назад, как со скандальными нормами по е-декларированию для общественности, уменьшают желание грантодателей помогать.
 
Первым в таком случае пострадает не общественный сектор. Его доля в полученной Украины международной помощи слишком скромная.
 
Кто наибольший «грантоед»?
 
По словам директора департамента международных программ Министерства экономического развития и торговли Елены Трегуб, с точки зрения активизации международного сотрудничества 2015–2017 годы — самые продуктивные в истории независимости.
 
Международная техническая помощь осуществляется на безвозвратной основе и является лишь частью общей международной помощи.
 
В течение 2016–2017 годов (до мая 2017 года) Министерство экономического развития и торговли (МЭРТ) зарегистрировало 327 проектов международной технической помощи более чем на 3,6 млрд долл. Это данные с официального портала координации международной помощи Украине, а также цифры, полученные в МЭРТ.
 
Еще один важный нюанс: срок реализации проектов не ограничивается 2016–2017 годами. К тому же, сами средства могут зайти в страну еще позже, в зависимости от срока реализации.
 
Все равно это достаточно большая сумма безвозвратных средств для страны, которая даже не входит в десятку мировых лидеров — получателей техпомощи. Так, согласно исследованию OECD, в 2014 году больше всего безвозвратных донорских средств получили Афганистан, Вьетнам, Сирия, Пакистан, Эфиопия, Египет, Турция, Индия, Иордания и Кения.
 
Однако после Революции Достоинства Украина привлекла к себе внимание крупнейших мировых доноров (ЕС, США, Германия, Канада, Швейцария, Япония, Швеция) и вышла на второе место после Турции среди стран европейского региона.
 
Итак, кто является самым крупным реципиентом международной помощи на бесповоротной основе?
 
Хотя в информационном пространстве активно циркулирует мнение о «пожирании» международной помощи общественными организациями, реальность оказалась другой.
 
Основные группы реципиентов проектов технической помощи, которые были зарегистрированы в МЭРТ в течение последних двух лет, можно разделить так: государство, бизнес, общественные организации и граждане, пострадавшие от войны на востоке Украины.
 
Пальму первенства удерживает государство. Из общей суммы зарегистрированных проектов (3,6 млрд долл.) на проекты в государственном секторе предусмотрено около 3,1 млрд долл., или 87 % от общей суммы.
 
Почти половина этих средств — это проект «Укрытие»: новый безопасный конфайнмент для Чернобыльской АЭС. Проект стартовал еще в 2007 году, однако в 2016 году был вновь зарегистрирован в МЭРТ из-за внесенных в него изменений.
 
Даже если не учитывать эту сумму, государство все равно останется основным реципиентом безвозвратных средств от международных доноров.
 
Для сравнения: общественным организациям за последние два года выделено около 214 млн долл, бизнесу — 156 млн долл, непосредственно гражданам — 121 млн долл. Эти подсчеты условные, так как содержат проекты, где реципиентами одновременно являются органы власти и общественные организации, бизнес, граждане.
 
Однако Трегуб отмечает, что, по данным департамента координации программ, лишь 60–70 % проектов, которые финансируются грантами международной помощи, зарегистрированы в МЭРТ как международная техническая помощь.
 
В незарегистрированных проектах как получатели помощи преобладают именно неправительственные организации, однако эти проекты мелкие (100–200 тыс. евро) и их общая сметная стоимость несоизмерима со стоимостью зарегистрированной помощи.
 
Таким образом, общая доля помощи, направляемой в общественный сектор, может достигать 10 %.
 
Куда доноры направляют средства
 
Значительная часть международной технической помощи, направленной в государственный сектор, предусмотрена для осуществления важных для страны реформ: антикоррупционной, энергетической, государственной службы, децентрализации, судебной, полиции, безопасности пищевых продуктов, транспортной, медицинской, образовательной.
 
Их реципиенты — соответствующие государственные органы, учреждения и организации. Подробнее с проектами и их реципиентами можно ознакомиться на сайте openaid.gov.ua.
 
Эти средства направляются на экспертно-аналитическую поддержку государства, на финансирование отдельных проектов и на институциональное развитие органов для осуществления реформ. Например — в поддержку так называемых офисов реформ, которые существуют при некоторых министерствах и ведомствах и обеспечивают проектную работу по внедрению реформ.
 
Кроме того, из донорских средств финансируются проекты по имплементации Соглашения об ассоциации. В частности, это касается адаптации европейского законодательства.
 
Такая работа требует глубоких знаний в различных областях европейского права и консультаций со стороны ЕС, так как это недешевый процесс. Логично, что выполнение Соглашения об ассоциации в ряде секторов требует финансовой и экспертной помощи со стороны ЕС.
 
Значительная доля финансирования приходится на вновь созданные антикоррупционные органы. Именно к этой реформе приковано едва ли не самое пристальное внимание международного сообщества. Соответственно, значительные средства выделены для запуска и поддержания работы этих органов.
 
Большой блок составляют проекты в сферах энергетики и энергоэффективности, требующие сложных и комплексных реформ в соответствии с Соглашением об ассоциации.
 
Эффект бумеранга
 
По таким же секторам финансируется и общественный сектор, который часто перебирает на себя государственные функции из-за слабой институциональной способности государственных органов.
 
Именно это, по словам представителей властей, и стало причиной «молниеносного» принятия скандальных норм по е-декларированию для общественных активистов.
 
Этот шаг может привести к негативным последствиям в секторе международной помощи. В прессе уже прозвучали заявления международных партнеров с осуждением таких действий.
 
Также из разных источников поступает информация относительно возможного сокращения или отказа от ряда проектов помощи для государственного сектора.
 
В случае отсутствия финансирования извне не будет возможности привлекать высококвалифицированных консультантов, а бремя ляжет на госслужащих, которые не всегда имеют необходимые узкоспециализированные компетенции.
 
Объяснение — нежелание власти проводить реформы, а изменения в закон о е-декларировании только стали лакмусовой бумажкой отката назад.
 
Также может быть свернута кредитная международная финансовая помощь под небольшие проценты, поступающая в Украину на различные проекты.
 
Если Украина и в дальнейшем хочет получать техническую помощь и недорогие международные кредиты, нужно показывать реальные результаты в выполнении реформ. Иначе — кто кого надеется перехитрить?
 
Любовь Акуленко, 
исполнительный директор Украинского центра европейской политики. 
Светлана Майструк, 
эксперт Украинского центра европейской политики
Подписаться на новости

Выбрать по тегу